acer_leaf (acer_leaf) wrote,
acer_leaf
acer_leaf

Конкурсная работа № 8

Флорибунда Lilli Marlene

Я очень люблю розы. Любовь это случилась внезапно и очень бурно на кануне моего семнадцатилетия. Я с мамой была в гостях у её сотрудницы. Дом у них был собственный, ещё довоенной постройки. Возле дома на улицу выходил небольшой палисадничек, а за домом был большой сад. Я была в этом доме впервые.

Был август, жаркий летний день, а в доме было прохладно и приятно пахло какими-то травами. Я, в качестве только что поступившей студентки музыкального училища, попав в дом, где в гостиной стоял старый рояль, с роскошной перламутровой клавиатурой, была просто обречена на исполнение своей вступительной программы.

Настроение у меня было хорошее и игралось легко, акустика в комнате была просто замечательная. Добросовестно всё отыграв "по просьбам трудящихся", я получила в подарок от третьекурсника, студента архитектуры, свою первую в жизни розу. Как вы уже догадались, это был сын хозяев, и он увлечённо занимался разведением роз.

В нашем маленьком провинциальном беларуском городке это было очень странное хобби в те годы. Ребята моего окружения обычно мечтали о мотоциклах "Ява". Долго и нудно они способны были сравнивать технические характеристики "Явы" с мотоциклами "Минск" или "Иж". А вот розами вообще никто не занимался из моих знакомых.

Роза, полученная в подарок, была из группы флорибунда и сорт её назывался «Лили Марлен». Глубокого тёмно-красного цвета, с бархатными лепестками , с дивным ароматом она пленила меня навсегда. Я поняла, что розы я буду любить вечно. До этого собственно и роз-то я не видела. Это были цветы, которые у нас в провинции никто толком не выращивал и не продавал. Те розовые кусты , которые мне приходилось лицезреть прежде, были самыми обыкновенными, с мелкими простенькими цветками белого и розового цвета, и, собственно, ни как не задевали свей бесхитростностью. И изысканностью аромата они особо тоже не привлекали. А моя первая роза была само совершенство, глядя на неё, я поняла, ПОЧЕМУ розу называют царицей цветов.

- Это - сорт «Лили Марлен». Она очень тебе подходит, и по названию и по самой свей сути. - Сказал мне галантный сын хозяев и, густо покраснев, предложил, посмотреть его розы в саду. Я потащилась за ним в сад под радостное переглядывание мамы с пани Терезой. Я поняла их женскую хитрость: меня знакомили с потенциальным женихом!

Под оптимистический рассказ студента архитектуры, будущего архитектора-озеленителя, о том или ином розовом кусте, я явственно представляла себе обмен короткими фразами двух женщин во время чаепития о том, какая мы чудесная пара!

Собственно, пара мы были и в самом деле чудесная. Да. Только вот… Да ладно не стоит сейчас озвучивать, что мне в этом всём не нравилось. И я буду продолжать свой рассказ.

А дальше была целая поэма о любви. К розам. Каждое утро нам домой приносилась роза или несколько роз, к которым были цветными нитками или тонкой ленточкой привязана карточка с названием, сорта розы по-русски и на латыни, и краткая запись чего-то там не понятно о чём.

Я ещё спала, а мама, поставив свежесрезанную розу в пузатенькую хрустальную вазочку с узким горлышком, вносила её в комнату и ставила на тумбочку у моего изголовья. Я просыпалась от чарующего аромата розы в котором угадывались нотки малины, или персика, или земляники . У каждой из этих роз были свои оттенки запахов и они зачаровывали, кружили голову.

Через несколько дней к розам были добавлены голубенькие билетики в кино. Помните, те старые билетики на рыхлой голубой бумаге? Галантный кавалер как бы намекал, что если я не воспользуюсь билетом, то и он в кино не пойдёт.

А из всех окон и дворов, по радио и по телевизору распевала Алла Борисовна свой шлягер «Миллион алых роз». И мне льстило, что я вижу тоже розы, как героиня этой песни, просыпаясь утром. Правда, не из окна, а рядом на тумбочке. И не миллион. И разного цвета и формы. Но всё-таки.

А тут ещё и мой папа, с травмированными ушами в глубоком детстве то ли медведем, то ли слоном, стал НАПЕВАТЬ эту навязчивую фразочку про несметное количество роз! И хитро поглядывать в мою сторону, когда галантный кавалер с очередной розой появлялся у нас на пороге, чтобы сопроводить меня в кино.

Я любила эти походы в кино. При первом же походе, я выяснила, что там за приписки со странными сокращениями на карточках. Это были данные о гибридизации сорта и прививках куста у студента в саду, в его розарии. Мы смотрели фильм, а потом долго беседовали о розах.

К началу сентября, когда надо было уже уезжать на учёбу, мы в последний раз сходили на жалостливый фильм с певцом Рафаэлем в главной роли «Пусть говорят». Прощаясь, я услыхала:

- Теперь о розах ты знаешь всё, что знаю я. Надеюсь, что и обо мне ты всё знаешь. И, надеюсь, ты полюбила розы.

Я заверила, что теперь розы – это моя любовь на всю жизнь. Я не слукавила, это было действительно так. И осталось по сей день. Но всё же лукавство было в моём ответе: я действительно знала о нём всё. И кое-что из этого знания, не дало мне завершить фразу: «А тебя я не люблю, потому что…»

Мне было стыдно признаться о дури в моей голове. И я боялась, что он поймёт про эту дурь и обидится. И вообще, он же не требовал говорить про любовь к нему. Мы же говорили исключительно о розах.

Первое письмо, которое пришло на домашний адрес от моего кавалера, было очень пылким. То, что он не смог, в силу своей юношеской застенчивости, сказать мне в глаза на бумаге вылилось в страстное любовное признание : я буду для него всегда его любимой розой. Лили Марлен. Я прочла письмо и вертела его в руках, когда в комнату вошла мама и поинтересовалась, что же мне написал «этот славный мальчик».

- Мама, твой славный мальчик, пишет всякую чушь - с этими словами я порвала письмо. – И не оставляй никогда мне его писем! Сразу рви. Я их всё равно читать не буду. – Я отчётливо поняла, что моему сердцу грозит большая опасность и решила с этим покончить раз и навсегда. Никакой любви быть не должно. Ну, разве если к розам. Мама ничего не сказала. Покачала головой и вышла. А папа прекратил свои певческие упражнения.

А я зачем-то сложила крупные обрывки письма и ещё раз перечитала. И поняла, что рву себе всё внутри. И всё же с единственным я не могла согласиться. Ели бы ни это… Да что теперь уже. Стыдно вспоминать собственную юношескую глупость.

Прошло несколько лет. Я смогла надеть на своё сердце панцирь и вдыхать аромат роз спокойно, и купаться в этой манящей волне запахов абсолютно не захлёбываясь. А тут ещё и рынок наполнился таким разнообразием роз!

Замужество, мои дети, усилили мой панцирь . Мне было комфортно. Долгое время. Но увы, комфорт мой не мог длиться всю мою жизнь. Дети выросли и упорхнули из родительского гнезда.

Муж тоже упорхнул. Знаете, тот самый возраст, когда седина - в висок. А бес - в ребро. Мама очень переживала. Больше, чем я, это серебро висков моего супруга. Он очень хороший человек, прекрасный отец, но с возрастом видно стал острее чувствовать тот мой панцирь на сердце. Мы отпустили друг друга с таким облегчением.

А потом болезнь мамы, ёе угасание. Тяжко об этом вспоминать. Последнюю её просьбу : разобраться с бумагами, я выполнила, когда пришла пора продавать родительскую квартиру. Я наткнулась на внушительную пачку не вскрытых писем, перевязанных заботливо маминой рукой розовой атласной ленточкой. Письма в пачке следовали один за другим и разложены были в порядке поступления на наше почтовое отделения, исходя из штемпелей. Они все были адресованы мне. Пару писем из Бреста. Потом письма из Варшавы, Лодзи, Лангензальца, Кейкенхоффа. Отправитель был Адам Мостович. Посомневавшись: в огонь или всё-таки прочесть, я, как вы уже догадались, выбрала второе.

Я читала их заливаясь слезами: в них было столько любви, радости, что я касаюсь руками этих листочков и читаю, строки, написанные так искренне и нежно. Потом поздравление с рождением у меня дочери. Потом сына. Потом было письмо из Лодзи, что у него родилась дочь, и он её назвал Лилия. И Анна не возражала.

Потом письмо полное горя и скорби - умерла пани Тереза, его мама. А папа умер на поминальной мессе по пани Терезе, которая у католиков проводится через месяц после смерти. Я вспомнила, что мне мама об этом рассказывала лет пять назад. Я посожалела тогда: это была очень красивая супружеская пара, интеллигентная семья.

И только тогда мама отважилась и спросила:

- А что ж ты не захотела встречаться с парнем из такой семьи? Ведь он же тебе нравился, я видела это. А тебя он боготворил.

И тогда, краснея за свою юношескую дурость, я сказала правду :

- Я была в него влюблена, по уши, но это тогда не могло ни к чему привести!

- Почему?- Удивилась мама.

- Он … Его... Его звали Адам!- Выдохнула я.

- И что? – в голосе мамы звучало бесконечное изумление. – Адам. Тереза звала его Адась. - Что здесь такого?

- Ну, мама, я никак не могла его даже просто по имени назвать тогда. А у ж чтобы у меня был парень - Адам! А я что: была бы Ева? Адам и Ева! Что могло быть глупее? Ну, тогда... Для меня.

Мама долго переваривала обрушавшееся такое разрешение загадки, мучавшей её два десятилетия.

- А мы с Терезой часто обсуждали: ну почему у вас не сложилось? Нам и в голову не могло придти, что…

- Что я такая дурочка была! - Оборвала я маму. И больше мы к этой теме никогда не возвращались.

И вот теперь мамы нет. А пришлось вернуться к этой теме. Теме моей юношеской дури. Может всё-таки я не любила Адася?

***

- Что ты так стучишь усиленно по клавиатуре? - Спросил меня Адась, целуя в загривок и положил перед компом розу.

- Да вот пишу рассказ о любви. На конкурс в Живом Журнале. – Я зарылась носом в самую сердцевину полураскрытого благоухающего любовью цветка. - Флорибунда Лили-Марлен? Откуда сейчас, в феврале флорибунды? Это же не сортовые розы на срез?

Адась залился счастливым смехом:

- Ты по-прежнему помнишь всё о розах! - И пояснил - Я же куст флорибунды Лили Марлен, вожу всегда за собой, куда бы ни забросили меня дела фирмы.

- А ты не хочешь вывести новый сорт под названием «Адам и Ева»? Хотя, Адам уже у нас есть, - рассмеялась я, глядя на Адама Мостовича, самого богатого цветовода Польши, первого варшавского миллионера .

- Я исполню любой твой каприз, моё сердце - услыхала исходящий нежностью голос Адама Мостовича – любви всей моей жизни.

- Попрошу, пани Лилю и папу, к столу, - заглянула ко мне в комнату падчерица Лилия Висьневская, урождённая Мостович. Мы прошли в столовую, где был сервирован стол к семейному ужину.

Из окна был виден яркий свет дневных ламп, исходивший от стеклянных теплиц, засаженных кустами сортовых роз. В этих теплицах работал, вместе с дочерью и зятем, Адам Мостович - один из лучших селекционеров Европы, специализирующийся на выведении сортов морозоустойчивых европейских роз.

Где-то там, в недрах одной из теплиц цвёл с куст старейшего сорта, популярного до сих пор, спустя 50 лет с момента выведения – флорибунда «Лили Марлен».

Лили Марлен. Lilli Marleen. Флорибунда. W. Cordes. 1959


С условиями конкурса можно ознакомиться здесь
Комментарии к данному посту будут открыты 1-го марта, но, не стесняйтесь их оставлять и сейчас)

Subscribe

  • Последний день Зимы...

    Задумалась я о Весне, благодаря одному хорошему человеку, и пришла к странному выводу. Весной родились самые дорогие мне люди, - мои родители. Также,…

  • Андрей Фурсов - Правила Жизни

    Хорошим нужно делиться. Хорошим, делиться хочется, потому, что приятно. Приятно слушать человека со схожим мировоззрением, ценностями, взглядами.…

  • (no subject)

    Миру - мир! Здоровья всем мамам на Земле. И папам. Душевного спокойствия всем, вынужденным читать/слушать новости. Если у Вас тоже есть пожелания к…

promo acer_leaf january 27, 2014 07:01 178
Buy for 20 tokens
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 41 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Последний день Зимы...

    Задумалась я о Весне, благодаря одному хорошему человеку, и пришла к странному выводу. Весной родились самые дорогие мне люди, - мои родители. Также,…

  • Андрей Фурсов - Правила Жизни

    Хорошим нужно делиться. Хорошим, делиться хочется, потому, что приятно. Приятно слушать человека со схожим мировоззрением, ценностями, взглядами.…

  • (no subject)

    Миру - мир! Здоровья всем мамам на Земле. И папам. Душевного спокойствия всем, вынужденным читать/слушать новости. Если у Вас тоже есть пожелания к…